Следующая остановка – Лондон. Реальные истории из жизни русских эмигрантов последней волны - Елена Отто

Знакомы ли вы с вашей квартирной хозяйкой? Что вы о ней думаете? Рассчитываете ли вы прожить у нее все три месяца? Есть ли у вас друзья в Великобритании? А среди англичан? Вы жили в Великобритании полгода, почему у вас там нет друзей?!

Со мной прощаются, велят подойти в четыре часа. Состояние аффекта. Полный ступор, ничего не соображаю. Два часа брожу по Екатеринбургу и мысленно распаковываю чемоданы, возвращаюсь на работу, возвращаю деньги на поездку. Четыре с половиной тысячи сгорели. Я заплатила четыре с половиной тысячи за удовольствие присутствовать на собственном допросе. У меня за спиной полсотни университетских экзаменов, в том числе вступительных и выпускных. В жизни не испытывала подобного стресса. В четыре часа начинается торжественная раздача слонов. Вернее, выдача британских виз. Как и предупреждали, визы получили только половина аппликантов. Люди сидят и тупо смотрят в бумажки, пытаются вникнуть в причину отказа. Студентам отказали почти всем. Нет работы, нет семьи, недостаточно денег на счету, неубедительные ответы… Девочка с личным шофером получает визу в пятый раз и чуть ли не бросается мне на шею от счастья. Меня вызывают в третий раз. В третий раз задают одни и те же вопросы:

– Цель вашей поездки? Что вы собираетесь делать в Лондоне? Сколько денег берете с собой? Как собираетесь ими распоряжаться? Почему мы должны верить вам?

Я сухо отвечаю. Мне уже ни до чего нет дела. Скаталась, подучила английский, нечего сказать. Ощущение, что веду журналистское расследование и прошусь на военный завод. Или незаконно перешла границу и попала в полицейский участок. Что за нелепая идея учить английский в Лондоне! Что за странное желание повидать мир! Что за подозрительное, непонятное намерение снова посетить страну, в которой так понравилось! Придут же в голову глупые мысли.

Мне торжественно вручают паспорт с визой и желают хорошо провести время в Лондоне. Я выхожу из консульства выжатая как лимон и на автопилоте добираюсь до вокзала. Странно, но еще утром я понятия не имела, в какой стороне он находится. Да и сейчас, наверное, не найду.

«Русская зима» на Трафальгарской площади

Моя русская подруга вышла замуж за эквадорца и поселилась в его общине. Соответственно, полностью погрузилась в латиноамериканскую культуру: кухня, песни, фильмы, гости, испанский язык. Прожив несколько месяцев в наполовину английском, наполовину латиноамериканском окружении, затосковала по домашним пельменям и застольным песням.

– Идем на русский фестиваль? – спрашивает она меня уже в третий раз. – Давай возьмем Алессандро. Ему будет интересно.

– Бери Алессандро. А я возьму знакомого шведа, договорилась с ним встретиться в эти выходные, совсем забыла про фестиваль. То-то ему будет любопытно!

Мы приходим на площадь, заполненную людьми. На входе нам вручают пластиковый флажок с российской символикой, и мы вливаемся в гудящую толпу, размахивающую такими же флажками и разговаривающую на таком родном языке. Чем-то похоже на ноябрьскую демонстрацию или первомайский парад. Больше на ноябрь. Также омерзительно холодно и сыро. А знаменитая Трафальгарская площадь с Национальной картинной галереей во главе по чьему-то странному замыслу выстроена в противной серой гамме, от которой в вечно дождливом Лондоне в унылый зимний день еще большая тоска берет.

Мы бросаем мимолетный взгляд на сцену, где выступают неизвестные нам, но необыкновенно популярные в России певцы, окидываем взглядом газетные киоски с русской прессой, ларьки с национальной едой, купленной в местных русских магазинах, выстаиваем очередь за «Балтикой» и, прихлебывая холодное пиво на совсем нежарком воздухе, сами задаем себе вопрос: а зачем, собственно, мы сюда пришли? Ну ладно, подруга первый год в Лондоне, у нее ностальгия, муж-эквадорец пришел разделить ее ностальгию и проявить уважение к ее культуре. Швед мой – турист в Лондоне, ему в диковинку. Ну а я-то сама что здесь делаю уже четвертый год? Зачем я пришла? Надежду Бабкину послушать, которую в России никогда не слушала, или Диму Билана, которого не знаю и знать не хочу? Или съесть десяток фабричных пельменей по старой памяти? Или выпить холодного пива на морозе? Прихожу к выводу, что пришла встретить всех своих русских лондонских знакомых в одном месте в одно время. Знакомых у меня много, и на регулярное поддержание связей всегда не хватает времени. А ежегодный фестиваль на Трафальгарке становится уже доброй традицией возобновлять потерянные связи и тусоваться с людьми, с которыми не будешь встречаться специально.

Примерно также рассуждают окружающие меня люди. Старая привычка собираться вместе гонит в воскресное продрогшее утро в центр Лондона. Пожалуй, украинцев и литовцев на площади гораздо больше, чем русских, но никого это не смущает. И хотя они порой до хрипа доказывают англичанам, что они не русские и не надо их русским называть, стоят же тут с русским пивом и пельменями и машут российскими флажками. Все мы дети одной страны, все привыкли собираться несколько раз в году на массовые тусовки. Людей посмотреть, себя показать. Выпить, поспорить, морду набить. А может, все тот же дух единства. Общинная мы страна, были и будем, хотя нет в Лондоне никакой общинности, не хотят русские объединяться, каждый сам по себе живет-существует. Когда мы собирались вместе на ноябрьский парад на далекой родине, у нас были общие идеалы, общие интересы, одни и те же любимые фильмы и песни. Неизменное «Советское шампанское» и салат Оливье на новогоднем столе. Сейчас у нас все разное. Начиная от обстоятельств, вынудивших покинуть родину, и заканчивая уровнем материального и социального благополучия на данный день. И не о чем нам говорить друг с другом. И незачем объединяться. И вот только раз в году, один день, мы вспоминаем, что все мы – часть одного целого. И такие дни объединяют…

Но вот устроителей праздника сменяют официальные представители. Добрый дедушка Кен Ливингстон спускает внучку с рук и поднимается на трибуну. Занимает свое место рядом со своим давним приятелем – московским мэром. Обращается с поздравительной речью к гостям. Не знаю, в курсе ли он, что такое старый Новый год и почему русские его празднуют, но, наверное, это неважно. Все знают, что у русских больше всего праздников в году, и они празднуют все подряд. А когда особой даты в календаре нет, а душе хочется праздника, заимствуют что-нибудь у иностранцев. Хэллоуин какой-нибудь. Или День святого Валентина. Наверное, и их скоро возведут в ранг официальных выходных в России. Думаю, московский мэр рассказал об этой традиции лондонскому мэру. И лондонский мэр от души повеселился. Самый крупный фестиваль в Лондоне организуется по поводу праздника, которого не существует. И невдомек ему, что повод для фестиваля – не праздник. Повод – собраться. А праздник мы придумаем.

Пару лет назад в одной из ведущих и авторитетных газет Великобритании «Гардиан» была опубликована резкая статья некоего журналиста Ханта под названием «Почему Великобритания привечает баронов-разбойников?». Автор бросил упрек лондонской мэрии, что город слишком прогибается под русскими, широко распахивает объятья новоявленным русским богачам и всячески приветствует и поощряет нашествие русских миллиардеров, наживших свое богатство незаконным путем. Что правительство Лондона проводит едва ли не рекламную акцию для завлечения как можно большего количества русских олигархов в британскую столицу. Статья породила дебаты в политических кругах, и через несколько дней мэру Лондона пришлось опубликовать официальный ответ «400 тысяч причин, по которым мы приветствуем русских», представлявший, по сути, своеобразную защитную речь политики британского правительства в отношении гостей из России.

Статью Ханта мэр назвал вредной и даже шовинистической. В своем заявлении Кен Ливингстон упомянул, что в Великобритании проживает примерно двести тысяч русских, еще двести тысяч ежегодно приезжают в качестве туристов, и абсурдно полагать, что все они являются олигархами. Эти четыреста тысяч человек приносят значительную прибыль британской экономике, и для этого им необязательно покупать футбольные клубы. Просто газеты всегда ищут сенсаций, а рядовые туристы, оставившие миллионы фунтов в ресторанах, магазинах и местах досуга, неинтересны прессе. «Лондон гораздо больше заинтересован в увеличении количества российских туристов, приезжающих сюда, а также в постоянно увеличивающейся русскоговорящей общине, чем в олигархах. В прошлом году столицу посетили двести тысяч россиян, потратив здесь сто восемьдесят миллионов фунтов стерлингов. И Великобритания отмечает, что